21 января,


"Отстаньте от Сирии, займитесь нами!". Массовые протесты в Иране

Мнения экспертов

A- A A+
 

 

Михаил Магид, публицист, специалист по Ближнему Востоку, специально для Eurasia Diary

Демонстрации в Иране начались в четверг после того, как в стране на 40% подорожали яйца. Протестующие спонтанно координировали свою деятельность через Telegram (главная соцсеть страны). Движение началось, как марши против бедности, в ходе которых выдвигались социальные лозунги (улучшить положение населения, остановить его обнищание из-за роста цен). Уже в субботу демонстрации охватили практически все крупные города Ирана. Сейчас по всему Тегерану ходят огромные толпы людей, выкрикивая лозунги против правительства.
 
Существует мнение, что выступления начались с консервативного Мешхеда. Предположительно, консервативные силы во власти хотели устроить протесты против действующего президента, либерального реформатора Хасана Роухани, но затем ситуация вышла из-под контроля.
 
Движение стремительно обрело самостоятельную политическую окраску. В центре внимания протестующих оказались коррупция правящей верхушки и авторитарная власть шиитского духовенства. Вот как звучат лозунги демонстрантов: "Смерть Диктатору!" (Люди срывали портреты рахбара - духовного лидера Ирана Али Хаменаи), "Муллы, убирайтесь из Ирана", "Не хотим исламской республики", "Люди нищенствуют, а духовенство возомнило себя богами".
 
В политическом плане эти лозунги намного радикальнее тех, что звучали во время неудачной "Зеленой революции 2009-2010 гг". Тогда массы городского населения выступали в поддержку умеренных фракций режима и не требовали слома системы Исламской республики (Вилает-э-факих). С другой стороны, слабость Зеленой революции и одна из причин ее поражения состояла в том, что она не поднимала социальные лозунги, а лишь требовала честных выборов вместо фальсификаций. Теперь социальные лозунги присутствуют в движении.
 
Другой не менее важный комплекс лозунгов направлен против внешней политики Ирана, т.е. против экспансии, финансовой и военой поддержки различных движений и режимов за пределами страны. Например: "Отстаньте от Сирии, займитесь нами!". В Мешхеде скандировали: "Не Газа, не Ливан, моя жизнь - это Иран!".
 
Соглашусь с современным социальным исследователем Нассимом Талебом. Многие важнейшие события никакие эксперты спрогнозировать не в состояния. Очень убедительно получается объяснить Арабскую весну или скачки цен на нефть, но лишь после того, как они произошли. Никто из экспертов не предвидит обычно подобные вещи. Ровно то же самое верно в отношении протестов в Иране - никто их не предсказывал.
 
Тем не менее, три комплекса протестных лозунгов указывают на те узлы противоречий, который имеются в иранском обществе и порождают конфликты. Рассмотрев их внимательно, мы можем кое в чем разобраться.
 
Социальные лозунги - результат завышенных экономических ожиданий
 
Как ни странно, экономика Ирана растет. Всемирный банк оценивает рост ВВП Ирана в 2017 году на уровне 3,6 %. На следующие несколько лет прогнозы так же весьма благоприятны. Мало того. По данным Всемирного банка и МВФ, в 2016 году в Иране наблюдался огромный рост ВВП на 12,5 %. Это стало возможно благодаря увеличению добычи нефти после отмены ограничений на ее продажу благодаря снятию санкций.
 
Такие данные позволяли руководству страны уверенно смотреть в будущее и даже тратить серьезные суммы на развитие внешней экспансии. Но возможно, причиной протестов стали как раз завышенные ожидания иранцев. После избрания президентом Хасана Роухани страна была полна надежд на стремительный приток иностранных денег и технологий, создание множества хороших рабочий мест (Иран - одна из самых образованных стран на Ближнем Востоке с большим количеством студентов). Одновременно, в правительстве деловито подсчитывали, какие вложения европейского бизнеса необходимы для эффективной хозяйственной модернизации;
 
остановились на цифре 500 млрд долларов. Увы, надежды на стремительный рост не оправдались. Европейцы и в самом деле заинтересованы в большом внутреннем рынке Ирана и в освоении его богатейших природных ресурсов. Но сказались угрозы новых санкций со стороны США, а так же бюрократизм и закрытость иранской экономики. В стране слишком много ограничений. Европейские инвесторы пока слабо представлены в Иране
 
Другой фактор, который тянет страну вниз - убыточный (как и везде) государственный сектор. Правительство ограниченно в своих возможностях. Оно стремится к приватизации убыточных государственных предприятий, но это сложно. Дело в том, что около половины производства ВВП контролирует Корпус Стражей Исламской Революции (КСИР), весьма могущественная организация. Это вторая параллельная армия, "мусульманская армия", состоящая из наиболее религиозных военных. Она так же контролирует промышленные предприятия, банки и недвижимость. И правительство не может ничего с этим поделать.
 
Думается, одна из причин протестов - завышенные ожидания иранцев в том, что касается экономического роста и создания качественных рабочих мест. В стране безработица составляет около 12%, а среди молодежи - около 40%. По представлениям социологов, такой высокий уровень молодежной безработицы всегда является фактор социальной нестабильности.
 
Завышенные политические ожидания
 
Некоторые наблюдатели утверждают, что движение Оккупай-Уолл-Стрит стало результатом разочарования в президенте США Обаме, реакцией на крушение Обамамании. Нечто подобное происходит в Иране в отношении президента Роухани.
 
Как и в случае с Обамой, его избрание сопровождалось восторженным движением: люди обнимались и танцевали на улицах. Роухани считается либеральным реформатором в том, что касается внутренней политики. Значительной части иранцев смертельно надоел режим господства шиитского духованства. Молодежь устала от запретов. Они смотрят западные фильмы, читают современные книги и им неясно, почему они обречены жить в условиях диктатуры и подчиняться религиозным авторитетам, даже в том, что касается одежды и правил пользования транспортом. Кроме того, в Иране практически полностью запрещены любые политические митинги, кроме официального скандирования "Смерть Америке!".
 
Да, шиитская религия в каком-то смысле естественна для Ирана, подобно тому, как для Китая привычна атворитарная власть императора, да, это - часть его культурного наследия, и может быть что-то из этого духовенству бы и простили, если бы оно обеспечило экономическое процветание народа. Хотя председатель КНР Си Цзиньпин и никогда никем не избранная во власть Коммунистическая Партия Китая (КПК) руководят страной авторитарно, и устанавливают запреты, они, в то же самое время, могут похвастаться удивительным экономическим ростом. Благодаря этому почти каждый китаец с каждым годом хоть немного улучшает свое положение. Но если диктатура не способна обеспечить стабильный и быстрый рост, на нее рано или поздно обрушивается гнев. В отличие от средневековых крестьян, современное образованное городское население (а в Иране оно решительно преобладает) может допускать диктатуру лишь в обмен на быстрый рост благосостояния. А вот если этого нет, или рост недостаточен, тогда появляются проблемы.
 
На Роухани возлагали большие надежды не только в плане развития экономики, но и в плане политических реформ. Однако и здесь его возможности крайне ограничены. Даже если считать, что он заинтересован в переменах, выборный президент Ирана - это, по своим функциям, скорее премьер-министр. Он может (до известной степени, как мы видели) руководить экономикой, но не властен над принятием политически значимых решений. Настоящая почти неограниченная власть в Иране принадлежит духовному лидеру (рахбару), аятолле Али Хаменеи, а вот его народ не выбирает и отстранить от власти законным путем не имеет права. Кроме него есть различные органы власти, обладающие правами экспертов, например, правом рассмотреть на предмет соответствия религиозной морали и допустить или не допустить претендента до участия в выборах в парламент или на пост президента.
 
Исламская Республика Иран - это не вполне республика, но и не совсем диктатура. Не Северная Корея, однако же и не Франция; странный режим с элементами диктатуры, теократии и парламентаризма. Этим во многом объясняются колебания политической системы страны и народные выступления. Возможно, иранцы, во всяком случае какая-то их часть, прежде всего, городская молодежь, ожидали смещения баланса и постепенного перехода к полноценной парламентской республике, но этого не происходит. Духовенство не намерено делиться властью. Это в свою очередь раздражает либерально настроенную молодежь. В стране распространяются мрачные слухи о похищениях и убийствах критиков режима, и о том, что "Роухани ничего не может сделать".
 
Правда, поддержка президента среди молодежи до недавнего времени оставалась высокой. Но все же разочарование в реформах ведет к революции.
 
"Не Газа, не Ливан, моя жизнь - это Иран!"
 
Империи нынче обходятся дорого. Одна такая в последние годы сформировалась на Юлижнем Востоке. Усиление Ирана стало важнейшей темой в заявлениях американских политиков наряду с КНДР. Также, заместитель начальника израильского генерального штаба Яир Голан заметил, что Иран превратился в главную угрозу для Израиля. По его словам, в одиночку Израиль с этой угрозой справиться не в состоянии.
 
Израильтяне утверждают, что Иран строит на Ближнем Востоке два "шиитских полумесяца" - военно-политические союзы государств и военных организаций, опирающиеся на мусульман-шиитов. Первый - к Средиземному морю, через Ирак, Сирию и Ливан, второй к Красному морю через Бахрейн и Йемен. Таким образом, по мнению израильтян, иранцы смогут взять весь Ближний Восток в геополитические клещи. "Они так же умны и образованы как мы, - сказал Голан - поэтому они очень опасны. "
В свою очередь, израильский политик и общественный деятель Эфраим Снэ заявил, что "главным победителем в войне в Сирии можно считать Иран. Иранцы контролируют сухопутный коридор к Средиземному морю, проходящий через Ирак и Сирию вблизи израильской границы на Голанском плато и вдоль сирийской границы с Иорданией, у Ирана теперь есть военно-воздушная и военно-морская база в Сирии. Так сформировалась принципиально новая реальность на Ближнем Востоке."
 
Напомню, что в Сирии воюет иранский экспедиционный корпус Кодс, и кроме того, иранцы финансируют 30-тысячный корпус шиитских ополченцев из разных стран, который сражается за Асада. Наконец, иранцы оказывают Асаду значительную финансовую помощь. В Ливане Иран финансирует вооруженную организацию шиитов Хезболла, которая в значительной мере контролирует эту страну, тогда как в Ираке он обеспечивает оружием, офицерскими кадрами и другими видами военной и финансовой помощи 100-150 тысячное ополчение Хашд ал-Шааби. По меньше мере 60% боевиков Хашд являются сторонниками Ирана.
 
Многие из нас помнят то раздражение, которое вызывали в бывшем СССР бесчисленные друзья и союзники Компартии, от кубинцев до президента Сирии Хафеза Асада. Все понимали, что помощь, которую оказывает этим странам Советский Союз, набивая их оружием и строя там заводы и электростанции, забирается из кармана граждан СССР. Иранцы испытывают (и уже давно) такое же или еще большее раздражение. Месяц назад в Керманшахе призошло землетрясение и вся страна собирала деньги для оказания помощи жертвам, а тут на поддержку Асада тратят миллиарды долларов!
 
Иранский режим не легко свергнуть
 
Неудачная революция 2009-2010 гг показала, что иранский режим не легко свергнуть. Он готов применять против протестующих практически неограниченное насилие. Народное восстание было буквально утоплено в крови - сотни людей расстреляны, тысячи арестованы. Так что я бы не рискнул делать прогнозы. Возможно, протесты погаснут в ближайшие дни, если их прямо сейчас задавят.
 
А вот если нет, тогда возможно все, что угодно. Социальные и политические протесты могут соединиться с национальными. В Иране проживают около 30 млн азербайджанцев, свыше 8 млн курдов; есть и другие крупные нацменьшинства (арабы, хазарейцы и др.). Многие недовольны отсутствием доступных школ на национальных языках, отсутствием национальных инстиутов, местного самоуправления. Словом, национальный вопрос так же может сыграть роль в случае продолжения протестного движения. Тем более, что в последние месяцы протесты резко усилились в Иранском Курдистане, где в них приняли участие активисты Курдской рабочей партии (РПК) и ее местного отделения - Партии свободной жизни в Курдистане (ПСЖК). С другой стороны, в Иранском Азербайджане в последние годы так же часто происходили протесты на национальной почве.
 
Многое зависит от позиции армии и КСИР. Неясно, как они себя поведут. В руководстве страны существует раскол между консерваторами и реформаторами - неясно, насколько он велик и как повлияет на решимость элиты и на ее возможность действовать.

© При использовании информации гиперссылка на Eurasia Diary обязательна.

Присоединяйтесь к нам:
Twitter: @EurasiaRus
Facebook: EurasiaRus
vk.com: eurasiadiary